“Это потеря”. Руководитель студии «Квартал 95» Андрей Яковлев – об уходе Зеленского в президенты

26 мая 2019, 20:33

Читают: 0 Комментариев: 0 Рейтинг:  
 

Выходит первый выпуск шоу «Вечерний квартал» без Владимира Зеленского. Новая работа лидера студии «Квартал 95» – вызов не только для него, но и для его старого творческого коллектива.

С тех пор, как он стал президентом, команда студии “Квартал 95” столкнулась с неожиданным конфликтом интересов. Их бывший руководитель стал тем, над кем раньше шутил – властью.

Что с этим делать, в коллективе еще не решили. Честно признаются, что уход Зеленского для них — испытание, и пока что в разговорах о будущем «Квартала» чувствуется некая растерянность. Меду строк читается очевидный страх: «Квартал» без Зеленского — уже не «Квартал».

О том, как будет жить дальше медиаимперия Зеленского без своего лидера, «Страна» поговорила с Андреем Яковлевым, соучредителем и руководителем студии “Квартал 95”. Яковлев – режиссер “Сватов” и один из авторов сценария к сериалу “Слуга народа”, который фактически дал старт политической карьере Владимира Зеленского.

– Как изменилась ваша работа в «Квартале» после ухода Зеленского?

– Сейчас идет перезагрузка внутри компании. Освободились зоны ответственности, которые раньше были разделены между Володей, братьями Сергеем и Борисом Шефирами и мной. Мы же все четверо – соучредители и руководители компании «Студия «Квартал 95». У каждого была своя зона ответственности. Я руководил всем, что связано с кино- и телепрокатом, подготовкой и производством наших фильмов и сериалов. Ребята занимались соответственно телевизионными проектами. Сейчас, поскольку двое руководителей из четырех, Володя и Сергей Шефир, ушли, скажем так, на другую работу, нам нужно чуть-чуть перераспределиться. Перестроить ряды. Я, конечно, продолжу заниматься кино, но нам с Борей надо еще структурно понять, кто из нас и за что отвечает.

– А вы еще не поняли?

– Мы в процессе. Компания большая, это не так просто. Смотрите, началась предвыборная кампания, а «95 квартал» продолжал работать. Все съемки у нас как шли, так и идут по плану, ничего не останавливалось. Поэтому сейчас вот так по ходу пьесы идет и перераспределение обязанностей.  Я думаю, в течение месяца мы окончательно разберемся.

– А всеми телепроектами, включая «Вечерний Квартал»,  теперь займется Борис Шефир?

– Пока он, да. Но там слишком много задач и проектов, поэтому кто-то из сотрудников, скорее всего, скоро пойдет на повышение и получит свою зону ответственности.

– Как будет жить «Вечерний Квартал» без своего фронтмена Зеленского?

– Скоро в телеэфир выйдет первый концерт «Вечернего квартала» без Володи. Он уже записан. Он прошел в мае, в Турции, на фестивале «Весело». Это системная проблема в связи с уходом лидера из коллектива. Понятно, какую роль играл Володя. Лидер есть лидер. Фронтмен есть фронтмен. Нам теперь надо крепко думать. Тот концерт, который недавно прошел без Володи и который вы скоро увидите, нельзя считать показательным, потому что он был сделан в форс-мажоре. Ничего кардинально изменить с его уходом нельзя было за такой короткий период. Для этого сейчас есть лето, чтобы осенний концерт уже продумать по-другому.

– Кто будет заменять Владимира на сцене в качестве основного актера? Евгений Кошевой или кто-то другой?

– Скажем так, заменить Владимира на сцене практически невозможно. Это значит, что надо перестроить что-то внутри команды, чтобы все работало и без его присутствия. Есть же ребята, Женя, Лена (Елена Кравец – Прим.ред.). Может, будем привлекать еще каких-то новых людей.

– В «Вечернем квартале» будут шутить над новым президентом?

– Понимаете, как странно получилось. Всю жизнь «Квартал» шутил над властью, а теперь сам стал властью.

– Выходит, из-за президентства Зеленского в «Квартале» возник конфликт интересов?

– Конфликт интересов – это, наверное, немного другое. Это действительно очень странная ситуация, но бросать же это дело нельзя. Потому что в этом идеология программы «Вечерний Квартал» – высмеивать власть. И сейчас если начать шутить только на бытовые темы, это будет странно. Во-первых, таких шоу уже много. Все имеют право на существование, конечно. Но если мы откажемся от политической сатиры, то потеряем свой концепт.

– В таком случае, кто из Квартала будет пародировать Зеленского-президента?

– Этого я не могу сейчас сказать. Над этим мы еще думаем.

– То есть, решения по ключевым ролям пока нет?

– Тут же не в ролях дело. Не в том, кто кого будет играть. А в том, как должна измениться идеологическая концепция программы, чтобы при этом не потерять свое лицо. Политическую сатиру, я имею в виду. То, за что нас любит зритель.

– Будете ли вы снимать продолжение «Слуги народа»?

– Продолжение «Слуги народа» мы теперь будем смотреть в жизни. Четвертая часть – реалити-шоу. Я думаю, что ни на какую актерскую карьеру в эту каденцию Владимир не претендует. А потом – посмотрим.

– Владимир Зеленский играл главные роли в фильмах, которые вы снимали. И сейчас вы, по сути, лишились своего ключевого персонажа. 

– Что я могу сказать… Это потеря. Да. Но это же не значит, что нужно прекратить вообще что-то снимать. Тем более, были фильмы, где Владимир не снимался. Например, «Сваты».

– Кстати, запрет на сериал «Сваты» отменили. Можно ли ожидать, что его снова покажут на ТВ?

– Я лично только за. Но это к каналам вопрос. Это же аполитичная, человеческая история, именно поэтому она так запала зрителю в душу. Последний сезон «Сватов» вышел 7 лет назад, а их до сих постоянно крутят в странах СНГ, куда они проданы на многолетку. И у нас все время крутили, до запрета.

– Насколько большие финансовые потери вы понесли из-за запрета «Сватов»?

– Потери были. Мы же начали снимать 7-й сезон два года назад, летом 2017-го. Полсезона отсняли в Белоруссии. И тут… Вот эта канитель.

– То есть, новость о том, что сериал запретили, вас застала в процессах съемок?

– Да, у нас съемочный процесс был так рассчитан, что первый блок снимался летом, второй должен был быть зимой и третий летом.  Первый блок мы закончили, и тут случился этот запрет. Естественно, финансовые потери были. Снимать кино – это вообще дорогое удовольствие.

– Можете назвать порядок цифр?

– Вот доснимем седьмой сезон, и я вам скажу, сколько это стоило.

– Вы возобновляете съемки?

– Ну, раз запрет сняли, то почему бы и нет. Тем более, что зрительский запрос большой. Рейтинг ожидания большой. Это объективно. Это факт. Не потому, что я режиссер.

– Когда вы узнали, что Владимир покидает «Квартал» ради политики?

– Когда началась предвыборная программа. Никто не знал, какими будут результаты. Одно дело – верить и надеяться, а другое дело – когда он уже реально победил. Пока Вова не выиграл выборы, он никуда не уходил. А когда победил, то там по закону уже ему нужно было выходить из бизнеса.

– Вы помните момент, когда Зеленский решил баллотироваться в президенты? Когда это было?

– Около года назад. Но тогда это все еще было на уровне планов. Просто все, что происходит вокруг, человека подзаморило, хочется что-то поменять. Вот он и начал думать. Это не было так, что раз – и все, я иду в президенты. Когда он точно понял это для себя, может только он сам сказать. Да, мы обсуждали, но в таком плане – ну давай, ну пробуй.

– Вы поддержали это решение?

– У меня были смешанные чувства, честно вам скажу. Они и сейчас такие. Мне очень тревожно. Потому что это не простое, мягко говоря, дело. Ему же будут очень мешать. У меня тревога не из-за того, что он не справится. Он справится. Это кристально честный человек. Я это говорю не потому, что я его друг, а потому, что это так и есть на самом деле. Он искренне хочет многое поменять, но система будет сопротивляться. Поэтому мне тревожно за его психологическое состояние.

– Что можете сказать по поводу инаугурационной речи?

– Мне кажется, это было блестяще.

– Владимир сам пишет речи или работает команда спичрайтеров?

– У нас это называется по-другому. Спичрайтеры – это в политике. У нас это авторы. Есть несколько человек, авторов «Квартала», которые в политику ушли вместе с ним. Тот же Сергей Шефир. Он прекрасный автор, помимо того, что один из руководителей «Квартала», уже бывший. Их даже вдвоем с Вовой вполне достаточно, чтобы написать речь. Вообще, как пишется любой сценарий, номер в «Квартал» – это коллективная работа. Это не значит, что кто-то написал кому-то текст, а кто-то вышел на сцену и просто прочитал. Нет, такого не бывает. Это всегда Вовины мысли и его решения, как эти мысли сформулировать.

– На инаугурации мы наблюдали, как толпа под Верховной Рада кричала Зеленскому «Молодец!». Пять лет назад то же самое кричали и Петру Порошенко, а теперь провожают его с поста президента криками «Ганьба!». Многие уже делают ставки на то, как быстро у тех, кто голосовал за Зеленского, очарование сменится разочарованием. А вы как думаете?

– Конечно, ему будет сложно. Он много лет по праву был всенародным любимцем и лидером общественного мнения. У него была 100% узнаваемость, наше творчество на всех уровнях имело большой отклик у аудитории. У него была любовь всенародная. Конечно,  в этом он потеряет. Это очевидно. Потому что ему придется идти на непопулярные шаги. Понятно, что с обществом надо общаться. Вы видите, есть контакт, есть очень правильная концепция команды Зеленского – прямого диалога с людьми. Но всего же не объяснить. Каждый день же не будешь говорить: «Смотрите, мы делаем то-то и то-то потому-то и потому-то».

– Есть некая ирония в том, что сейчас Зеленский стал тем, над кем раньше шутил.

– Да, это достойно экранизации. Реально. Какой-то байопик из этого можно сделать. Может, мы когда-то и правда снимем об этом фильм… Другой вопрос, чтобы с этого входа был выход со знаком плюс. Вы понимаете, какой он все-таки в некотором смысле отчаянный человек.  У него же все было хорошо…

– А сейчас может стать очень плохо.

– Да, но он здравый парень. Все понимает. Взять на себя такую ответственность… А то, что туда он пошел не за обогащением – это точно. Это исключено.

– Про Порошенко тоже так говорили. Что он обеспеченный человек, поэтому воровать не будет.

– А что он до президентства делал? Как он свой бизнес строил? Воровал. А Вова не делал этого и не будет.

– Так разница в том, что Владимир заработал свои деньги честно?

– Конечно. По-моему, это колоссальная разница.

– Вы были уверены в том, что Зеленский станет президентом?

– Я думаю, никто не ожидал такого процента. Вы же видели эту карту по голосованию, все области проголосовали за Зеленского.

– Кроме Львовской.

– Но там же тоже не 100 : 0 соотношение голосов (63% против 34% — Прим.ред.). А значит, люди очень устали от всего этого, хотят перемен. Пять лет назад их в очередной раз… Не хочу говорить плохое слово… Использовали.

– Поэтому и сейчас многие не доверяют Зеленскому.

– И правильно делают. Потому, что обжигались уже столько раз. Это естественный страх, и я боюсь тоже. Всем страшно, что по каким-то причинам у него не получится… Но я думаю, что такого шанса у нашей страны еще не было. К власти пришел честный человек. На первую должность. От него зависит, какие он принципы будет проповедовать.

– Даже самые честные, попадаю в эту систему, ломаются.

– Вове это не грозит.

– Почему?

– Потому, что у него было много ситуаций, в которых он мог сломаться, но не сломался.

– Например?

– Это долгий творческий путь. Были разные должности. Он же не только в “Квартале”, он и генпродюсером телеканала “Интер” был. Суть не в воровстве и в коррумпированности. Мы же никогда не видели государственных денег для своих проектов. Владимир в личном общении не изменился за эти годы. Не было такого, чтобы он поймал звезду. Медные трубы – это самое страшное в нашем деле. Многих звездность корежит на всю жизнь. У Зеленского такого никогда не было. Это о человеке многое говорит.

– А кстати, почему Владимир ушел с “Интера”?

– Ой, это было так давно. У нас было на “Интер” два прихода. Первый раз уходили потому, что с хозяином канала Валерием Хорошковским были конфликты. То ли не было финансирования, то ли не давали делать то, что мы хотели делать. А второй раз, честно говоря, не помню. Может из-за того, что должны были прийти надолго, но не сложилось.

– Почему сотрудничество с “Интером” не сложилось, а с “1+1” сложилось?

– Во-первых, сотрудничество с “Интером” на определенном этапе сложилось. Прошло какое-то время… Лет пять мы в целом проработали на “Интере”. А на “1+1” мы с 2012 года. Это нормально, компания должна развиваться. Весь наш бизнес очень дорогой в производстве, на него нужны деньги. Этот канал не хочет платить, а “1+1” хочет. Вот и все. Причем затраты планируются не на месяцы, а на годы вперед. Нельзя дать деньги на месяц, а потом — не дать. Потому что, например, написать сценарий для фильма, если правильно к этому подходить, то это полгода. То есть это долгая история. От момента придумывания идеи до реализации и выхода на экран пройдет минимум год-полтора, в зависимости от сложности проекта.

– Сколько стоит в производстве одна серия “Слуги народа”?

– Есть такой момент. Одна цена – то когда проект начинается, и совсем другая – когда он продолжается. Если мы снимаем продолжение проекта, он автоматически становится дороже. Поднимают цены артисты. А актерская смета в любом проекте – это 30% от всего бюджета. Это колоссальные деньги. Потом создателям фильма хочется сделать что-то лучше. Потратить больше времени на съемку, чтобы она была качественной. Найти интересную локацию, уделить время сюжету. И так далее. Поэтому цена за эпизод первой серии “Слуги народа” и первой серии “Слуги народа-3” – отличается.

– Насколько?

– В первом сезоне производство одной серии обходилось нам в десятки тысяч долларов. “Слуга народа” изначально был спецпроектом. У нас была договоренность с каналом: если мы это делаем, мы делаем хорошо. Собственно, поэтому Netflix и покупает у нас этот сериал, потому что он смотрится конкурентоспособно и с точки зрения визуализации, и с точки зрения драматургии. Вообще, это не очень большие деньги, даже по сравнению, с северным соседом, с которым у нас война. Там кинопроизводство стоит намного дороже. Поэтому ничего нет в этих цифрах такого. Для людей — да, это звучит грандиозно. Но вы понимаете, что такое съемочная группа? Это 50-60 людей, операторы, монтажеры, костюмеры. Поэтому если раскинуть, то там никаких страшных гонораров нет.

– А сколько стоил сериал уже в 3 сезоне?

– Чуть-чуть дороже, но там всего три серии, зато по часу каждая. Украинский рынок не готов такие деньги платить. Это канал делал больше себе в ущерб. Это по сути был имиджевый проект для привлечения внимания.

– Во сколько оценивается ваш контракт с Netflix?

– Они купили “Слугу народа” еще с первого сезона. Он у них там выложен на сайте, с субтитрами. По цене — на самом деле, это вообще ни о чем. За каждую серию они нам заплатили где-то 3-4 тысячи долларов.

– Так мало?

– Потому что для нас это тоже имиджевая штука. Ничего себе, Netflix предложил, а мы что, откажемся? Нет, конечно. А у них политика такая. За тот контент, который они покупают по всему миру, они платят такие деньги.

– “Слуга народа” на Netflix пользуется популярностью?

– Я не слежу особо. Но раз у них на сайте он висит, то значит это кто-то смотрит. Вот про “Сватов” могу сказать точно, что этот формат продан и уже сделан в Казахстане, Литве, Латвии. Это очень смешно смотреть. Они там все это пересняли со своими актерами. И еще сейчас Эстония снимает. А вы знаете, что в Монте-Карло проходит фестиваль под названием “Золотая Нимфа”? Там есть номинация «Приз зрительских симпатий». Они самостоятельно собирают рейтинги телепросмотров сериалов по всему миру. Так вот, “Сваты” три раза входили в тройку финалистов. Представляете? Мы даже пару раз ездили туда на церемонию, мы же номинанты. Знаете, когда в тройке “Отчаянные домохозяйки”, ”Теория большого взрыва” и “Сваты” – ну это описаться можно. Это просто не умещается в голове. И показывают тизеры небольшие из этих сериалов, и тут включаются “Сваты”, где «тамдарамдантам»! И все зале все на нас оглядываются, не понимают, что происходит. Этот юмор сложно понять иностранцам.

Андрей Яковлев (слева) на сьемках «Сватов»

– Есть ли формула успеха? Что такого должно быть в фильме, чтобы он “взлетел”?

– Если бы была формула, было бы слишком просто. Формулы нет. У нас большие проблемы с профильным образованием. Да и вообще с образованием, но с профильным все гораздо хуже. Базы финансовой нет никакой, старые мастера уходят, а новые не приходят. Актеры, режиссеры. Некому учить ремеслу. Рецепт один. Идти всегда от себя. Снимать кино о том, что ты знаешь, а если не знаешь, то нужно обязательно разобраться и подойти к этому не как к зарабатыванию денег, а как к искусству. Ты должен понять, что ты хочешь рассказать зрителю, о чем хочешь с ним поговорить. Должен быть разговор со зрителем.

– О чем должен быть фильм, чтобы его посмотрели все? Как происходит выбор темы?

– Мы берем вечные темы. Вот допустим, “Сваты”. Бабушки, дедушки и внучка. Как у всех в жизни. Сериал “Родственнички” — о том, что нужно уделять больше времени семье, и что случится, если не уделять должного внимания воспитанию детей. Летом будем снимать новый проект, который называется “Папик”.

– “Папик”?

– Это рабочее название.

– О чем этот фильм?

– О поколениях. Отцы и дети, можно так сказать.

– Там будет красивая, молодая модель и папик? Или это не о том?

– Да, об этом. Но поскольку она красивая, молодая, современная, а он пожилой и неуспешный…

– Неуспешный? А откуда у него деньги на молодую и красивую?

– А вы потом в кино посмотрите. Между поколениями сейчас очень большая дистанция. И она только увеличивается. Молодые не хотят заглядывать в прошлое, а старые — в будущее. Вот об этом и будет кино.

– Зрители сегодня ждут от сериалов легкости и развлечения или драмы и глубины?

– У нас жизнь и так достаточно суровая, а если еще смотреть об этом в кино. Я еще это говорил по поводу “Сватов”. У меня спрашивали часто, в чем успех этого сериала? Я нашел формулировку. Это история не о том, как есть, а о том, как должно быть. Это относится и к “Слуге народа”. Нужно давать надежду людям. Чтобы это было “из жизни”, но чтобы были светлые тона.

– В какой степени успех проекта зависит от актерского состава?

– Если проект получился, это комплекс. Значит, везде правильно попали. Хорошо продумали историю, правильно ее написали, правильно подобрали  артистов. Как сказал режиссер Ингмар Бергман, “если мне приходится работать с актерами на площадке, значит, я неправильно подобрал актеров”. Это не значит, что вы не работаете, просто вы говорите с артистами на одном языке, вместе проходите по роли, по истории. Если этого нет, получится пластмасса. Я режиссер строгий, но толерантный. Свободу я даю, но эта свобода должна находится в спектре моего видения.

– Что такого есть в творческих профессиях, что артисты стремятся в какой-то момент уйти в политику? Зеленский, тот же Святослав Вакарчук.

– Дело не в профессии, а в амбициях. Это нормально, амбиции — это двигатель. Просто у профессий творческих уровень амбиций изначально выше. Им нужна отдача, подпитка аудитории. Есть в этом доля тщеславия, конечно. Это нормально. Просто, к сожалению, страна у нас такая, что политики не справляются со своими задачами. Если бы так не воровали, если бы не было такой коррупции…

– То вам не о чем было бы сериалы снимать.

– Нет, просто люди из смежных специальностей не уходили бы в политику. Каждый бы занимался своим делом. А так за Вову могу сказать, что он просто захотел что-то изменить.

– Если бы Владимир не был вашим другом, вы бы проголосовали за президента-комика?

– Да, 100 процентов. Я себе уже отвечал на этот вопрос. Потому что так, как было, уже нельзя. Реально. Если бы я, не знал, что Володя за человек, то все равно проголосовал бы за него. Про старого президента я уже все знаю. Да, есть страхи, но тут они не подтверждены, а там уже все понятно. И потом, что значит комик? Он же не на арене в цирке с красным носом выступал.

– Но Зеленский – комедийный актер.

– Ну, почему. Например, в “Слуге народа” у него драматическая роль. Это же по жанру – утопия. Сатирическая, но утопия.

– Так ведь сатира – вид юмора.

– А кто сказал, что в драме не может быть юмора? Почему у нас везде почти все так плоско? Если комедия, то все кривляются и ведут себя, как дурачки. А если драма, то слезы. Должно быть как в жизни. Жизнь не состоит только из слез или только из смеха. Многие поминки заканчиваются хохотухами. Только что все плакали, а теперь вспоминают что-то светлое и смеются. Это жизнь. И не надо ее загонять только в драму или только в комедию.

– После президентского срока Зеленский вернется в “Квартал”?

– Он сказал, что идет на 5 лет, а что дальше, я не знаю. Может, он настолько устанет, что ему нужно будет год просто отдохнуть. В кино, мне кажется, он может вернуться спокойно, подбирая для себя роли, исходя из своего внутреннего состояния. На сцену – не знаю. Смотря что это будет за сцена? Это будет, наверно, немного странно. Может, это будет какое-то сатирически-аналитическое шоу, по типу Джимми Киммела. Почему нет?

– Возможен ли вообще “Квартал” без Зеленского?

– Хороший вопрос. Это будет сложно. Нам нужно хорошо подумать, что можно поменять, чтобы не потерять главное и найти какое-то новое лицо.

– А вы ищите новые лица в “Квартал”?

– Скажем так, эта страница закончилась. Теперь нужно начать писать новую страницу.

– Допускаете ли вы, что шоу “Вечерний квартал” вскоре перестанет выходить, потому что без Зеленского будет уже не то?

– Это вызов. Всегда, когда ты что-то начинаешь новое, это каждый раз вызов. Ты всегда надеешься на то, что получится хорошо. Но оценку-то дает зритель. Потеря фронтмена – это серьезно.

– Как коллектив воспринял уход Зеленского?

– Нужно знать нашу команду. Она же начиналась как коллектив друзей, сначала в КВН, потом присоединялись новые люди, но компания строилась на таких же принципах – дружеской семьи. У нас и отношения такие.

– В семье тоже бывают разногласия. Если даже родители Зеленского были против того, чтобы он шел в президенты, о чем “Стране” в интервью прямо заявлял его отец…

– Конечно, все переживали за Вову. Но в коллективе его уважают и любят. Если ты уважаешь человека, ты принимаешь его выбор. Да, ты можешь побухтеть, если тебе что-то не нравится. Но никто не хлопнул дверью и не обиделся на Вову.

– Вы смотрели фильм “Богемская рапсодия”?

– Конечно.

– В один момент Фредди Меркьюри оставил группу Queen, своих старых друзей, и ушел в сольное плавание с абсолютно новыми людьми. Группа продолжала выступать без него, но это уже был не Queen. Да и для самого Фредди это оказался очень горький опыт, новые друзья его подвели, и он остался один. В итоге Фредди, как блудный сын, вернулся “в семью”. Не напоминает ли вам это то, что сейчас происходит с Зеленским? Как может для него обернуться эта история?

– Конечно, может быть такое. Но я думаю, что этого не произойдет в той степени, в которой это было у Фредди. Да, у Зеленского есть команда новых людей, технологов, специалистов. Но Вова не будет терять с нами связи. Так как Фредди.

– Откуда вы знаете?

– Я просто знаю этого человека. Много лет.

– Нет ли у “Квартала” ощущения брошенности, может даже в какой-то мере предательства со стороны Зеленского?

– Нет, мы же одна большая семья, большая компания. Что значит — бросил и ушел? Это же не значит, что все настолько были зависимы от одного человека, что теперь никто не знает, что делать. Структурно мы подхватим все то, чем занимался Вова. И будем ждать его возвращения.

– Желание уйти в политику было порывом самого Зеленского или навязанным извне?

– Нет, это его личная амбиция, взять эту высоту, попробовать себя еще в этом. Тут, на творческом пути, он уже и так многого достиг. В каком-то смысле сериал “Слуга народа” его, конечно, к этому психологически подтолкнул.

– Идея идти в президенты возникла до или после “Слуги народа”?

– После. Когда уже вышел первый сезон. К сожалению, это не был план. Если бы это было так, это было бы гениально. Значит, мы такие умные пацаны! Мы, конечно, умные, но до такое расчета не додумались. Потом понятно, что в какой-то степени сериал стал частью предвыборной кампании, но только когда уже было объявлено, что Вова идет на выборы.

– А вам не обидно, что сериал оказался политизированным и стал частью политической кампании?

– А последний сезон уже специально и снимался как часть предвыборной кампании. Во втором сезоне уже история, по сути, была доведена до конца. Чтобы зрителю было интересно смотреть, в продолжении надо было находить новые повороты. От каких-то полунамеков в финальных сериях некоторые вещи уже прямым текстом говорились. Что нельзя разъединять людей.

– Посоветуйте нам напоследок классные сериалы, которые вы не снимали, а смотрели.

– Есть хороший триллерок с Эммой Стоун “Острые предметы”, для любителей жанра. Из семейных – “Это мы”, хороший. Очень мне понравился “Табу” и “Видоизмененный углерод”. С Джимом Керри новый сериал “Шучу”. Ну, про “Игру престолов”, наверное, и говорить не стоит. Он очень круто придуман драматургически. Многим последний сезон не нравится, но я шестую серию еще не посмотрел. До пятой мне все нравилось.


Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *